Террориста Брейвика никто не называл писателем

Андерс Брейвик был, очевидно, человеком весьма талантливым. Незадолго до своего ареста он опубликовал в интернете трактат, в котором философски и критически переосмыслил миграционную политику Европы. Его многостраничная публикация, наверняка, получила бы весьма лестные отзывы в определенных кругах. Но, почему-то, никто и никогда не называл его писателем или философом.

А ведь могло бы быть иначе. Представьте себе следующие заголовки в прессе:

«Известный норвежский писатель задержан по подозрению в терроризме»

Или, например, такую реакцию международного сообщества на его арест:

«МИД России назвал политическим дело против Брейвика»

Как бы вы отнеслись к словам Лаврова, который призвал немедленно освободить Брейвика и гарантировать его безопасность, а сам процесс над ним назвал бы «нарушающим международное право и элементарные нормы правосудия»?

Представьте на секунду, что какая-нибудь уважаемая правозащитная организация признала бы дело Брейвика политическим, а какой-нибудь журналист в своем гневном памфлете сравнил бы его с публичными процессами нацистского прошлого Норвегии?

Как изменилось бы ваше отношение к известному кинорежиссеру Петтеру Нессу, назови он дело Брейвика - «актом устрашения норвежского общества»? Стали бы вы после этого пересматривать его фильм «В белом плену»?

Какой, по-вашему, была бы реакция простых норвежских граждан, если бы на канале RT вышел сюжет на норвежском языке с названием «Приговор Брейвику: откат в национал-социалистическое прошлое»?

Парадоксально, но мне такие заголовки не попадались ни разу. Может, от того, что российская пресса, МИД и правозащитники понимают, кем был на самом деле Андерс Брейвик, и что написание книг было далеко не главным делом его жизни. Возможно, когда редакторы новостных лент, общественники и пресс-секретари писали про Брейвика, они понимали, что их слова в подобном тоне могут глубоко оскорбить как руководство Норвегии, так и простых ее граждан.

Но почему-то никто не задумывается, когда пишет такое о Сенцове, осужденном за террористическую деятельность против россиян. Может быть, чувства норвежца в России ценятся выше, чем россиянина?

Или, возможно, необходимо было подождать, пока Сенцов с подельниками взорвет бомбу на площади, где могли находиться женщины и дети. Может, кровь невинных могла бы заставить этих людей наконец-то задуматься, что они пишут и кого призывают освободить?

И главный вопрос, стоит ли нам ждать, пока «серая масса», начитавшись правозащитных речей, с коктейлем Молотова в руках отправится в редакцию объяснять журналистам разницу в значении слов «террорист» и «режиссёр»?

Мне бы этого очень не хотелось. По этой простой причине я предлагаю вернуть дискуссию в правовое русло. Для начала нужно признать факт: Сенцов, как и Брейвик, – террористы, это доказано и подтверждено решением суда и будет так, пока это решение не будет отменено вышестоящей инстанцией. В России это факт объективной реальности - такой же, как и то, что солнце встает на востоке.

Не нравятся вам факты? Не проблема! Всегда можно обратиться к психотерапевту, который поможет вам научиться принимать то, что невозможно изменить. Или, на крайний случай, отправиться в страну, где вас горячо примут с вашим искаженным представлением о реальности – дороги на Украину пока еще открыты.

Поскольку мне заранее известно, что призывать творческое сообщество уважать конституционный порядок в России – дело бесполезное (а ведь Конституция нам прямо и недвусмысленно говорит, что вопрос виновности уполномочен решать только суд), то, полагаю, было бы оправданным искать другие пути решения этой проблемы.

В вопросах демократии и правовой системы я всегда с огромным интересом наблюдаю за Германией, у которой предлагаю учиться и настоятельно рекомендую нашим законодателям почаще заглядывать в текст уголовного кодекса ФРГ. Для человека интересующегося он содержит множество интересных статей.

Так, в Германии до сих пор - и совершенно неслучайно - в уголовном кодексе содержатся статьи, до боли напоминающие статью уголовного кодекса СССР «Антисоветская агитация и пропаганда». На волне либерализации и слепой веры в демократию и свободу слова эту статью поспешно и незаслуженно исключили из уголовного кодекса в 1990 году.

Так, оскорбление государства, проще говоря, публичное отрицание того, что написано в первой главе Конституции, наказывается в Германии лишением свободы до трех лет.

В эту категорию попадают высказывания о том, что «Германия не является правовым государством» или не является «демократией» и/или сравнения Германии с нацисткой диктатурой. Все это в нормальном правовом обществе – уголовщина, и за это сажают.

Кроме того, уголовно наказуемо и оскорбление органов власти государства. То есть, всякие неприличные высказывания в адрес правительства, парламента, суда или федерального канцлера. Как раз на днях именно по этой статье начали дело в отношении одной женщины, которая написала необдуманную глупость на плакате в адрес Ангелы Меркель. За это тоже сажают.

И только в России можно в СМИ на всю страну обвинять суд в продажности, парламент в нелегитимности, называть президента тираном, а народ – быдлом. И за это ничего не будет. В худшем случае, какой-нибудь натовский фонд выдаст премию такому борцу за «свободу слова».

Поэтому можно совершенно безнаказанно называть террористов «режиссерами», судей - «преступниками» и жаловаться при этом на удушение свободы слова.

Как мне кажется, пора ситуацию менять. Нужно возрождать уважение к суду, и если некоторые не готовы его уважать из чувства гражданского долга, то надо заставить их это делать из трепетного страха. И лучше это сделать до того, как вопросы к разного рода самопровозглашенным правозащитникам появятся у народа, которому надоест смотреть на борьбу за права очередного террориста, насильника или казнокрада и бесцеремонное глумление над чувствами жертв. Защитить их в этом случае государство просто обязано, а что сделает это лучше высоких стен мордовской колонии?

1 комментарий: